Статьи

Новости

Посол Великобритании о миссии в Минске: На профессиональном уровне это было время разочарований

За три года работы в Беларуси на долю посла Соединенного королевства Великобритании и Северной Ирландии Розмари Томас выпало немало важных и драматичных событий. Это и потепление отношений между Беларусью и Евросоюзом, и резкое прекращение диалога после президентских выборов, и вынужденный отъезд европейских послов после расширения санкций ЕС в отношении белорусских чиновников.

Накануне отъезда из Беларуси Розмари Томас в интервью БелаПАН рассказала, как она видит ситуацию в Беларуси, каковы перспективы белорусско-европейских отношений и принесет ли стране пользу инициатива ЕС "Диалог для модернизации".

— Как вы оцениваете три года, которые провели в Беларуси в качестве посла Великобритании?

— Я провела тут действительно хорошее время. Особенно на человеческом уровне, в том что касается отношений с людьми. Но на профессиональном уровне это было время разочарований. Я надеялась и ожидала, что продолжу работать на развитие того осторожного прогресса, который мы наблюдали в 2008-2009 годах, когда была более благоприятная атмосфера в отношениях между Беларусью и ЕС. И эта атмосфера способствовала некоторой либерализации в политической сфере, в области прав человека, а также в экономике. Но, к сожалению, эти возможности вновь были упущены — уже не в первый раз за короткую историю Беларуси.

— Удалось ли вам достичь всего, что вы планировали, когда приехали в Минск?

— К сожалению, очень немного. И об этом больно думать. Оказалось, что привлечь британский бизнес в Беларусь действительно трудно — из-за того, что судебная система не вызывает доверия, из-за бизнес-климата.

Также и политические отношения оказались замороженными по причине репрессий, которые последовали после выборов в декабре 2010 года. И все это было абсолютно не тем, на что я надеялась.

— Говоря об экономике, можно вспомнить, как на одной из пресс-конференций в 2010 году вы говорили, что ведутся переговоры о том, чтобы белорусская водка продавалась через одного из самых крупных дистрибьютеров Великобритании. На каком этапе этот проект сейчас?

— Переговоры шли достаточно неплохо, а затем остановились. Подобное случалось и ранее, не только с водкой, но и с другими продуктами, например косметикой. Я не могу точно сказать, в чем причина. Возможно, директора предприятий — по крайней мере, нескольких — боятся попробовать что-то новое. Возможно, они бояться принимать рискованные решения. Но хорошо просчитанные риски — это основа успешного бизнеса. В данном случае такого не произошло. И всякий раз отступала белорусская сторона.

— А какие сферы наиболее привлекательны для британского бизнеса?

— Я сомневаюсь, что в ближайшем будущем можно будет увидеть большой приток британских инвестиций. Для прихода инвесторов нужны вызывающая доверие юридическая система и более благоприятные условия для инвестиций. Так как возможности для бизнеса в Беларуси находятся не на самом высоком уровне, британские инвесторы не готовы согласиться с тем же уровнем рисков, как в других странах, где риски высоки, но также высока и выгода.

И Беларуси надо тщательно просчитать, как правильно выстроить в стране этот баланс рисков и возможностей, который в первую очередь учитывают инвесторы. Абсолютно очевидно, что у Беларуси имеется огромный потенциал как в силу наличия высокообразованных работников, так и по причине географического положения. Если бы Беларусь воспользовалась этими своими преимуществами, в том числе наладив отношения со всеми своими соседями — хочу подчеркнуть: со всеми одновременно, — я думаю, что бизнес бы сюда активно приходил и развивался.

В целом же мне кажется, что британские бизнесмены были бы заинтересованы в сотрудничестве в химической, фармацевтической, деревообрабатывающей сферах.

Но британский конек — это услуги в сфере поддержки бизнеса, что включает в себя финансы и логистику. Здесь, в Беларуси, должна сформироваться критическая масса компаний, которые будут нуждаться в наших услугах. У нас очень хорошо получается привлекать средства, необходимые для развития компаний, это наша специализация. Наверное, можно сказать, что такие услуги в Беларуси пока рановато предлагать.

— А Таможенный союз, который Беларусь строит совместно с Казахстаном и Россией, облегчит приход иностранного бизнеса в страну?

— Таможенный союз интересен, но нам пока все же надо понаблюдать, во что он выльется для Беларуси. Мы знаем, что правительство Беларуси отмечает как преимущества, так и недостатки этого союза. Мне кажется, пока бизнесмены будут присматриваться к ТС. Если он будет функционировать успешно, то это образование, конечно, добавит Беларуси привлекательности.

Но, с другой стороны, когда мы разговариваем с британскими бизнесменами, которые уже работают в России и говорим: смотрите, образовался Таможенный союз, может, вам расширить свою деятельность и на Беларусь? — они отвечают, что для этого не обязательно приезжать в Беларусь, можно просто работать из России. Они уже научились работать в российской бизнес-среде. Может быть, она не такая упорядоченная, как в Беларуси, но они к ней уже привыкли.

И тут я опять возвращаюсь к этому вопросу баланса рисков и возможностей. Беларуси придется сейчас работать гораздо больше, чем России, и сделать так, чтобы все ее преимущества реально работали. Это должно стать частью бренда Беларуси, частью ее рекламной кампании. И я уверена, что это может быть сделано, но вряд ли даст немедленные результаты. Хотя это, безусловно, возможно в будущем — при правильном планировании, правильном стратегическом видении и если этот план будет надлежащим образом реализован.

— Как бы вы оценили политическую, социальную и экономическую ситуацию в Беларуси?

— Я бы оценила ситуацию как регрессирующую, а не прогрессирующую. Таковы, к сожалению, мои собственные наблюдения. Я думаю, сейчас самое подходящее время, чтобы власти задумались о каких-то шагах в сторону либерализации. Это в интересах самой Беларуси в долгосрочной перспективе. Вам необходимо общество, не разделенное внутренними конфликтами, такое, в котором люди не боятся самовыражаться — не только в смысле свободы мнений, но и в смысле креативности. Для этого необходимо создать определенную среду, определенную атмосферу.

Я постоянно слышу, как власти повторяют, что Беларусь — европейская страна. С географической точки зрения это абсолютно верно. Беларусь также бесспорно европейская страна с точки зрения культуры и истории. Однако текущая система отношений между обществом и властными структурами очень сильно отличается от той, что сложилась в большинстве европейских стран.

Изменение этой ситуации, бесспорно, помогло бы Беларуси реализовать свой несомненный потенциал. В экономической сфере, прогресс невозможен без последовательных и взвешенных шагов в сторону экономической либерализации. Это помогло бы обеспечить Беларуси процветание в долгосрочной перспективе.

— После президентских выборов Евросоюз ввел визовые и экономические санкции в отношении ряда белорусских чиновников и предприятий. Как, по вашему мнению, будет дальше развиваться ситуация?

— Я не хотела бы делать каких-то конкретных предсказаний по этому поводу. Хочу лишь сказать, что политика Евросоюза не изменилась. И она не может измениться до тех пор, пока не разрешен вопрос с политическими заключенными.

Мы не хотим способствовать повторению этого цикла — сначала выборы, потом политзаключенные и затем попытка использовать политзаключенных для того, чтобы возобновить диалог с Евросоюзом. Это уже, по-моему, третий или четвертый оборот.

Думаю, Евросоюз был бы по-настоящему заинтересован в том, чтобы прервать этот цикл. Это непросто для обеих сторон, но я уверена, что если бы мы могли найти способ преодолеть это препятствие, то результатом была бы более зрелая фаза в отношениях, что пошло бы на пользу всем заинтересованным сторонам. Пока ситуация не изменилась, невозможно иметь цивилизованный диалог.

— Еврокомиссия весной представила новую инициативу "Диалог для модернизации". Принесет ли она позитивные результаты?

— Этот диалог символизирует то, что ЕС по-прежнему заинтересован в Беларуси и ее гражданах. Это то, что важно, и то, что остается неизменным. Обе стороны переживают разочарование по поводу текущей ситуации, которая находится в мертвой точке. Но ЕС предлагает дружбу и сотрудничество, и это, повторяю, остается неизменным.

Сам диалог о модернизации символически очень важен. Но я думаю, нам надо быть сдержанными в своих ожиданиях результатов, особенно на фоне текущей неутешительной ситуации.

При этом уже сейчас можно задумываться о многом. Например, как будет выглядеть, в конце концов, экономическая реформа. Потому что поддержание экономической модели Беларуси сталкивается с рядом трудностей. Эта модель является уязвимой, так как полагается на высокий уровень государственной собственности, а также на получение довольно значительных ресурсов из других стран, в частности в виде энергетических субсидий.

Хорошо, когда такая модель работает, но обнаруживается — и мы видели этому доказательства, — что возникают циклические кризисы, которые разрешаются лишь за счет получения дополнительных внешних ресурсов. Так что вопрос заключается в том, как сделать ситуацию более устойчивой. Конечно, белорусская экономика является открытой, как и британская, поэтому вопрос в конце концов сводится к тому, как лучше защитить себя. И я действительно думаю, что главное — это устойчивость в долгосрочной перспективе.

Если реформы делаются в спешке, под давлением обстоятельств, это может быть очень дискомфортно для всех. Но если реформы проводятся по хорошо продуманному плану, то возможные негативные последствия могут быть смягчены, их острота снижена.

Любой эксперт подтвердит, что реформы в конце концов неизбежны. Станут ли они форсированными, явятся ли результатом очередного кризиса или результатом развития Таможенного союза, но модель каким-то образом должна измениться.

И именно поэтому было бы хорошо, если бы ЕС вместе с белорусскими экспертами заранее продумали, какова может здесь быть роль Евросоюза. Эта роль, конечно же, не будет ключевой, но ЕС мог бы внести свой вклад в эту трансформацию.

Я имею в виду не только финансовую поддержку, но и разные полезные ноу-хау, и тот опыт, который многие страны ЕС приобрели в ходе схожих реформ. Какой-то опыт был негативным, но было очень много позитивного опыта, которым можно было бы поделиться. Это включает в себя также ноу-хау в области менеджмента.

Так что ЕС мог бы сыграть определенную роль, но для этого должны быть план и стратегическое видение. Поэтому модернизационный диалог важен, но, как я сказала, нам нужно быть сдержанными в ожиданиях по поводу того, что может быть достигнуто непосредственно сейчас.

— Этот диалог ориентирован на оппозицию и гражданское общество. Обычно власти нервно реагируют на то, что ЕС вступает в диалог с их оппонентами. Как найти баланс?

— Есть желание наладить диалог с как можно более широким кругом партнеров, в том числе с государственными чиновниками, если чиновники готовы в нем участвовать. Но это они должны решить самостоятельно, на каком этапе готовы участвовать.

Если бы мы могли преодолеть это серьезное препятствие на пути диалога, можно было бы достичь довольно многого в довольно сжатые сроки. И это помогло бы создать ту атмосферу, в которой было бы возможно вовлечь в диалог официальные власти. Что касается Евросоюза, я со своей стороны могу засвидетельствовать: мы искренне хотим такого диалога.

— Что бы вы пожелали и что бы посоветовали вашему преемнику?

— Я пожелала бы ему работы в более благоприятной ситуации, как в области двусторонних отношений, так и в отношениях Беларуси и ЕС. Я была бы рада, если бы к концу срока его пребывания здесь Беларусь стала членом Совета Европы. Это был бы ключевой шаг, еще одна веха в объединении Европы. Как вы знаете, Беларусь — это единственная европейская страна, кроме Косово, которая не является членом Совета Европы.

Я также желаю преемнику, чтобы до завершения его миссии белорусские власти воспользовались бы предложением ЕС обсудить возможность облегчения визовых процедур для белорусских граждан, желающих посетить страны Евросоюза.

Я не хотела бы давать слишком много советов, новый посол должен сформировать свое собственное мнение. Но я бы пожелала ему постараться как можно лучше понять исторический контекст вашей молодой, но очень интересной страны. Понимание истории — лучший способ понять динамику текущей ситуации.

— А где вы будете работать после Беларуси?

— В Лондоне. После семи лет за границей пора возвращаться домой. Я останусь сотрудником Форин-офиса, но у нас в министерстве можно без проблем на несколько лет уйти поработать в бизнес или в международную организацию.

Надеюсь, что мне удастся вновь приехать в Беларусь, может быть в качестве туриста. Я думаю, что Минск имеет все возможности для того, чтобы стать хорошим городом для туров выходного дня, которые так любят британские туристы. Это может стать своего рода нишей. Британцы очень любознательны, любят посещать другие страны. Мы очень много так путешествуем: приезжаем в какой-то город на три-четыре дня, это может быть Прага, Киев... или Минск.

Источник: http://news.tut.by/